Сьюки Стакхаус в ужасе смотрела на кипу бумаг в своих руках. Все это были счета, неоплаченные и требующие немедленной оплаты. Девушка положила бумаги на стол и обхватила голову руками. «Господи, что мне делать? Если я не найду какого-либо выхода, то банк попросту отберет бабулин дом!», от этой мысли Сьюки кинуло в жар. Господи, прошло уже четыре месяца со смерти бабули, а дела не только не налаживались, но, казалось, просто катятся в тартарары. На помощь Джейсона надежды не было, этот испорченный мальчишка вообще не понимал, почему его сестра с такой теплотой относится к этому старому, давно не ремонтированному дому. На стенания Сьюки он ответил, что она вполне может переехать к нему. При мысли о том, что она снова окажется под одной крышей со своим бесшабашным братцем, заставило Сьюки окончательно захандрить.
Нет, она любила Джейсона, и ради него была способна на все, но не признать, что его образ жизни ее тяготит, она не могла. Его постоянные пьянки, беспорядочные связи, а иногда и банальные драки попросту раздражали ее. Сьюки часто ловила себя на мысли, что к сожалению, бабуля была права, и Джейсона надо любить таким, какой он есть, другим он уже вряд ли станет.
Сейчас девушка думала о том, кто же сможет ей помочь, хотя бы тем, что поможет найти работу. Неожиданно ее посетила, возможно, не самая хорошая идея, но не попробовать воплотить ее в жизнь Сьюки просто не могла. Ей надо было спасти этот дом, о котором у нее было столько теплых воспоминаний.
«Хэдли!», при мысли о своей кузине, девушка улыбнулась. Хэдли всегда была паршивой овцой в их семействе. С детства у нее был свой особый взгляд на жизнь, который она не боялась показывать. Хэдли довольно рано выскочила замуж, за гитариста школьной рок-группы. Его звали Рэми, и ее кузина влюбилась в него с первого взгляда. После концерта она подошла и просто сказала ему об этом. Парень был немного смущен, но Хэдли была так красива и в ней совсем не было свойственного другим девчонкам из школы жеманства. Через несколько месяцев они поженились, когда выяснилось, что Хэдли беременна. Но, как часто случается, такой ранний брак вскоре стал трещать по швам, особенно после рождения Хантера. Сьюки не знала точно, что там случилось, но Хэдли ушла, ушла без своего сына. Девушка не могла понять, как ее кузина могла так поступить, но ведь они давненько уже не общались. А судить о чем-то однобоко, Сьюки не любила. Она попросту абстрагировалась от этой мысли, решив узнать все при встрече с Хэдли.
Сьюки встала и прошла к старенькому секретеру, вынув оттуда обувную коробку, в которой хранились разные важные документы, она начала искать клочок бумаги, на котором были записаны координаты ее кузины. Девушка искала, но не могла никак найти их. Она почти отчаялась, так как помнила лишь то, что Хэдли работает в каком-то баре в Новом Орлеане, а этого явно было мало для поиска человека. Но неожиданно из одного конверта выпала бумажка и приземлилась на пол, рядом с ногой Сьюки. Она подняла ее и с облегчением увидела свой корявый почерк и выведенные им цифры с номером телефона кузины. Внизу была приписка «Клуб «Лунное затмение»».
Сьюки схватила телефон и принялась набирать номер, указанный в записке. Никто не отвечал: на том конце провода шли длинные гудки. Автоответчиком Хэдли тоже видимо не удосужилась обзавестись. Сьюки еще несколько раз позвонила кузине в течении этого дня, но та так и не ответила. Тогда девушка приняла решение, что если и завтра не удастся ей дозвониться, она отправится в Новый Орлеан сама и узнает все в этом клубе.
Следующий день весь прошел в бесполезных попытках дозвониться до Хэдли, но она так и не сняла трубку. Тогда Сьюки поехала на ближайшую бензоколонку и купила карту Нового Орлеана, чтобы посмотреть, где находится это злосчастное место работы ее кузины. Найдя нужное место, Сьюки решила ехать до Нового Орлеана на автобусе, так как у нее банально не было денег даже на такое количество бензина, а застрять где-то на безлюдной трассе ей вовсе не хотелось. Она хоть и была девственницей, но прекрасно, благодаря своему дару, понимала намерения многих мужчин. Их мысли всегда поражали ее, казалось, все мужчины думали отнюдь не головой, когда видели ее красивую пышную грудь и белокурые густые волосы.
Позвонив на автобусную станцию, Сьюки узнала время отбытия рейса до Нового Орлеана. К моменту посадки пассажиров, она уже сидела на лавочке, рядом стояла небольшая сумка, в которую девушка уложила лишь самое необходимое ей на первое время. Зайдя в автобус и расположившись на мягком сидение, Сьюки задумалась, как получилось так, что она оказалась в такой ситуации и едет сейчас одна в незнакомый ей город. На одной из остановок к ней подсела женщина лет пятидесяти, она болтала без умолку и оказалась коренной жительницей Нового Орлеана. Сьюки решилась наконец и спросила:
- Извините, я еду навестить родственницу и мне хотелось бы знать, где мне нужно выйти, чтобы попасть вот на эту улицу,- девушка протянула женщине листок, на который она выписала адрес клуба.
Улыбка женщины исчезла, как только она увидела листок. Ее соседка по-заговорчески поднесла руку ко рту и зашептала Сьюки на ухо:
- Я , конечно, знаю, где это, но не советую Вам туда ехать…
Девушка недоуменно уставилась на нее:
- Но почему?
- Видите ли, этот район обладает настолько скверной репутацией, что даже не все таксисты соглашаются ехать туда. А от остановки, на которой Вам надо выйти, до этой улицы надо пройти приличный кусок, и я боюсь даже предположить, кого может там встретить такая милая девушка, как Вы.
Сьюки стало не по себе, ее прошиб озноб. Но помня о возможности потерять дом бабули, она смело откинула страх прочь. Девушка широко улыбнулась и успокаивающе положила свою руку на руку женщины:
- Просто скажите, где мне надо выйти.
Ее попутчица сочувственно покачала головой, но все таки показала нужную Сьюки остановку. Девушка горячо поблагодарила женщину и, взяв сумку, вышла из автобуса.
Она стояла совершенно одна посреди пустынной улицы. Ей было немного страшно, так как на город уже спустились первые сумерки, но Сьюки не привыкла сдаваться и смело пошла по тротуару в нужную ей сторону. Редкие люди с интересом смотрели на нее, и девушка уже пожалела о том, что надела сегодня платье и туфли на каблуках, а не джинсы и что-то более устойчивое.
Мимо промчалась серебристая спортивная машина, она неслась с такой скоростью, что у Сьюки от ветра поднялся подол платья, оголяя ее красивые загорелые ноги. Девушка быстро потянула платье вниз, бросив на тротуар сумку. «Какой идиот так ездит?!», со злостью подумала она. И в ту же секунду пожалела, похоже «идиота» она тоже весьма заинтересовала. Он резко затормозил и быстро сдал назад. Машина остановилась рядом с ней, так что боковое стекло оказалось прямо напротив нее. Чуть затемненное стекло беззвучно опустилось, и девушка увидела мужчину, который немного наклонился, чтобы ее лучше видеть. Что-то в нем было странное, что Сьюки пока не могла понять.
Нет, мужчина был красив, у него были четко очерченные скулы и какое-то не типичное для Америки аристократическое лицо. «Наверное именно так выглядят английские лорды», от чего-то подумалось девушке. Он обладал каким-то странным притягательным взглядом, казалось, мужчина видит ее насквозь. Сьюки стало немного не по себе, но внезапно она поняла, что именно в нем было не так: она не могла слышать его мысли. Ничего, только оглушительная тишина.