Сьюки уверенно ориентировалась на территории резиденции Касуми, приближаясь к самому дому. Вокруг царила вполне мирная ночная тишина. Территория перед резиденцией выглядела очень уж безлюдной, что показалось Сьюки немного странным. Но она подумала, что Касуми вряд ли станет кого-то бояться настолько, что расставит вооруженных охранников через каждый метр. Тем не менее, размеры ее резиденции впечатляли, и оставлять такое пространство без внимания было бы, по крайней мере, недальновидным. Исходя из этого, девушка соблюдала предельную осторожность, пробираясь к дому.
Справа от основной дороги, ведущей к главному входу в дом, стояло небольшое строение, в окнах которого горел свет. Скорее всего, это был домик охраны. Сьюки включила свое восприятие и попыталась внимательней «прислушаться», но различила лишь непонятный набор отрывочных фраз по-японски. Спустя пару минут она уже осторожно заглядывала в окно домика. Внутри были два мужчины, один сидел на низком диванчике и смотрел телевизор. Второй со скучающим видом разговаривал по мобильному телефону, держа в руке вскрытую баночку с каким-то напитком. Иногда он что-то восклицал и дергал при этом рукой, выплескивая жидкость из банки на пол. Похоже, что это были охранники, которые просто праздно проводили время, коротая свое ночное дежурство. Вряд ли сейчас они планировали прогуляться по территории.
Девушка почему-то была уверена, что знает, что все делает верно. Сьюки на мгновение остановилась в тени невысоких елей, росших вокруг каменной скамьи возле самой ограды, и посмотрела на кольцо на своей руке. Может быть заклятие фэйри, наложенное на это кольцо все еще действует, и она идет, направляемая магией? Сьюки решила довериться этому ощущению, и. пригнувшись пониже, стала обходить маленькое строение.
Девушка, осторожно отошла от домика и, присела в тени одиноко стоящего клена с раскидистой листвой. Она, размышляя, смотрела на дом Касуми. До него оставалось рукой подать. Но вот куда идти дальше и что искать, Сьюки, увы, понимала плохо. Она хотела найти Эрика, но задача эта представлялась ей сейчас совершенно не имевшей ясных очертаний – желание никак не хотело совпадать с полным пониманием происходящего.
В голове, словно юркая мышь, промелькнула чья-то мысль, «долетевшая» на волне автоматически включившегося восприятия. «Терпеть не могу этого борова», – брезгливо подумал кто-то в доме по-английски, едва сдерживая раздражение. И дальше: «Что там такого срочного, что и до утра подождать нельзя?».
Сьюки сразу, почему-то, поняла, что «боровом» назвали никого иного, как мистера Каталиадиса. Едва она успела это осмыслить, как вслед за «пойманной» мыслью до нее, словно эхо, долетело нечто имеющее вовсе не ментальное происхождение. Это была эмоция, очень четкая, реально ощутимая, словно бы Сьюки испытала ее сама. И принадлежала эта эмоция ни тому, чью мысль секунду назад она прочла, а кому-то, кто словно был настроен с ней самой на одну волну. Кто-то очень знакомый, даже близкий. Это вполне мог быть Билл. Или Эрик.
Но вот то, что почувствовала Сьюки, уж никак не могло ни вдохновить, ни настроить на позитивный лад. Девушка уловила невыносимую, переполняющую сознание тревогу, затем смятение, и, наконец, с трудом сдерживаемый гнев. В голове словно полыхнуло что-то и погасло, оставив ноющий след чего-то непоправимого. Сьюки охватила паника, она ясно поняла что, там, в доме что-то происходит или уже произошло.
Девушка лихорадочно соображала, сгорая от нетерпения быстрее что-нибудь предпринять, лишь бы не сидеть здесь больше в полном неведении. Она еще раз бегло осмотрелась, прикинула, как быстро сумеет добраться до просторной, открытой террасы, прилегавшей к дому с западной стороны. Над террасой был большой навес, подпираемый колоннами на каменных основаниях с затейливым узором. Под навесом никого не было и там было достаточно темно. С этой террасы в дом вела раздвижная дверь. Если за дверью она не почувствует чьего-то присутствия, то попытается проникнуть в дом именно через нее. Другого варианта Сьюки придумать не смогла.
Вокруг стояла все такая же безмятежная предрассветная тишина. О надвигающемся утре первым возвестило небо, постепенно разбавляя плотные, густые краски ночи и медленно заменяя их более светлыми оттенками.
Девушка глубоко вздохнула и сорвалась с места, держась ближе к гармонично расположенным кустам, каменным группам и декоративным башенкам, украшавшим, согласно местным традициям, территорию перед самым домом.
Через несколько секунд она, незамеченная никем, уже притаилась у самом темном углу террасы, под окном с частыми деревянными переплетами. Она настроила свое восприятие, прислушиваясь к тому, что было внутри дома. Уловив лишь чье-то отдаленное присутствие и ни одного в непосредственной близости, девушка решилась подобраться к двери ближе. Тихонько нажав на дверную раму, она заставила одну створку бесшумно отъехать в сторону. Помещение было темным и безлюдным. Сьюки шагнула внутрь.
Пройдя помещение, оказавшееся чем-то вроде комнаты отдыха с множеством декоративных растений и низкими диванами, Сьюки выбралась в коридор с несколькими ведущими в него закрытыми раздвижными дверями. Скорее всего, девушка оказалась в жилой части дома. Здесь было удивительно тихо.
Она остановилась у одной из дверей и прислушалась, за ней была полная «тишина». Сьюки, открыла дверь и шагнула внутрь.
Не сделав и пары шагов в темной комнате, она наткнулась на что-то большое, лежащее на полу. Девушка охнула и остановилась, едва не упав. Наклонившись, Сьюки с ужасом узнала в темной, бесформенной массе крупное тело мистера Каталиадиса.
Адвокат лежал на спине, устремив по-деловому серьезное лицо к потолку. Глаза без очков смотрели вверх застывшим мертвым взглядом. Из уголка его рта вытекла и уже подсыхала струйка темной крови.
Сьюки зажала рот рукой, не давая вырваться воплю.