Добавлено (18.02.2010, 19:13)
---------------------------------------------

Билл какое-то время просто мерил шагами гостиную, в которой его оставила Касуми. Тревога, неизвестность и необъяснимость происходящего не давали возможности хладнокровно мыслить. Он резко остановился и в ярости пнул ногой низкий столик, стоящий перед диваном. Столик «подпрыгнул» и врезался в диван, едва не перевернувшись.
Едва слышно зашумел лифт, открывавшийся прямо в комнату, и Билл увидел в его дверях, знакомую массивную фигуру. Мистер Каталиадис, демонический адвокат, собственной персоной. Билл устал уже чему-либо удивляться. Он просто стоял и смотрел.
Каталиадис вышел из дверей лифта, взгляд его, которым он внимательно окинул комнату, на мгновение задержался на столике, стоявшем не там, где ему полагалось и нарушавшем идеальную гармонию обстановки.
- Мистер Комптон, - произнес адвокат, приближаясь к вампиру. Он слегка наклонил голову, изображая приветствие.
- Мистер Каталиадис, - отозвался Билл. И добавил. – Я, почему-то, ничуть не удивлен, увидев вас здесь.
Каталиадис вежливо ответил:
- А я, мистер Комптон, вообще уже давно перестал чему-либо удивляться. Поверьте, чем меньше удивляешься, тем спокойней существование. Особенно в пору больших перемен.
- Я так понял, вам все известно, - скорее утверждая, чем спрашивая, сказал Билл. Его темные глаза смотрели на адвоката с нескрываемым пренебрежением.
Каталиадис заметил это выражение глаз вампира. Рот его растянулся в подобие улыбки, при этом глаза остались совершенно непроницаемыми, словно темные провалы.
- Мне известна причина вашего пребывания здесь, если вы это имеете в виду. Но не спешите с выводами, - ответил адвокат. – Я всего лишь адвокат, мистер Комптон. И останусь адвокатом везде и всегда. Хоть в демоническом измерении, хоть в человеческом. И я всегда найду возможность продолжить выполнение своего профессионального долга. И именно из-за этого долга вы видите меня сейчас здесь.
- Долга перед кем? – поинтересовался Билл.
- Перед моим нанимателем. Повторяю, я профессионал. Мне нет дела до иных тонкостей, нежели тонкости законодательные. Законы существовали и существуют всегда и везде. У вас есть конкретные вопросы, мистер Комптон? – совершенно серьезно спросил Каталиадис. – Я готов ответить на них.
- Ваш наниматель сегодня – это Касуми. Верно? – спросил Билл.
- Обычно я держу в тайне персону моего нанимателя, но в данном случае это и так очевидно, – ответил адвокат. – Мое появление здесь дало вам ответ на этот вопрос, не так ли?
- И если вы не руководствуетесь собственными интересами, а исключительно профессиональными, то можно предположить, что обещанное вам вознаграждение достаточно, чтобы Касуми могла рассчитывать на вашу преданность до конца. Преданность профессиональному долгу, конечно же, - добавил Билл, сдобрив голос изрядной порцией сарказма.
- Напрасно вы так саркастичны, мистер вампир, - в равнодушном и сдержанном тоне Каталиадиса быть вдруг появились оттенки праведного гнева. – Мое вознаграждение так же не оглашается, как и остальные условия сделки. Ну, а сделка есть сделка – я не вправе нарушать ее.
- А я и не призываю вас нарушать эти ваши договоренности и сделки. Я тоже хочу нанять вас. – Билл выжидательно посмотрел на адвоката. – Причем, я прекрасно сознаю, что не могу вас «перекупить», так сказать. Я просто хочу, чтобы вы представляли и мои интересы тоже.
- И в чем же состоит ваша проблема, в которой вы ждете от меня моей профессиональной помощи? – поинтересовался Каталиадис. Теперь и в его голосе слышался едва заметный интерес. – И, простите, чем вы будете оплачивать мои услуги? Они, знаете ли, не бесплатны. Благотворительностью я не занимаюсь.
- Благотворительностью нет, не занимаетесь, - согласился Билл. Он вскинул голову, очень вежливо улыбнулся и добавил:
- Цену назначите сами, после того, как я изложу вам свою проблему. Хотя я мало, что могу вам предложить. Но кое-что все же у меня имеется.
Каталиадис, соглашаясь, склонил голову набок и сделал рукой приглашающий жест, указывая вампиру на диван:
- Давайте сначала присядем, и я изложу вам причину своего появления здесь. А затем я выслушаю вас, мистер Комптон.
Билл сел на диван, глаза его сузились, и он спросил, не очень-то рассчитывая услышать ответ:
- Я слышал сигнал тревоги, или что-то такое. Где-то что-то случилось. Вам ведь известно, что случилось, не так ли?
Адвокат пожал плечами и сделал неопределенный жест своей крупной рукой. Выражения глаз его разглядеть было невозможно за блестевшими стеклами очков.
- Предположим, мне известно, – осторожно ответил он.
- Это связано со…Сьюки? – требовательно спросил Билл.
- Да, мистер Комптон.
- Что случилось? – еще более твердо потребовал ответа Билл. – Она невредима?
Каталиадис замялся:
- Думаю, да. – И не делая паузы, настойчиво повторил, повысив голос, - А теперь давайте все же приступим к непосредственному делу, ради которого я здесь.
На скулах Билла заиграли желваки, темные глаза смотрели зло, он едва сдержался, чтобы не броситься на Каталиадиса. Но что-то подсказывало ему, что он все равно ничего больше от него не добьется. По крайней мере, пока он не завершит то, ради чего здесь появился. И Билл заставил себя сдержаться.
Каталиадис извлек из кожаной папки, которую принес с собой листки бумаги и разложил их на столике, который, благодаря ему, снова занял свое обычное место перед диваном. Он указал на листки Биллу и пояснил:
- Это подготовленный мной по просьбе мисс Изанами договор, согласно которому вы подписываете с ней некое соглашение. Или заключаете сделку, как вам угодно. В результате которой, вы получите некие полномочия и возможности. Весьма выгодные и привлекательные возможности для вас, смею заметить. Но, решать вам.
- И что, у меня есть выбор? Могу соглашаться, могу отказаться, - поинтересовался Билл, не пытаясь скрыть недоверие и иронию.
- Можете, конечно. Но в случае отказа вам придется ознакомиться с возможными последствиями. Итак, читайте, мистер Комптон. Все, что будет вам неясно, я готов растолковать.
Прочитав документ, Билл с минуту сидел, опустив голову и закрыв глаза. В душе его бушевал ураган эмоций, а голова готова была лопнуть от неожиданных мыслей. Он и правда, кажется, нашел возможность, о которой столько думал. Вернее сказать, эта возможность сама пришла к нему в руки. Главное теперь – «профессиональное» участие адвоката.
Билл поднял спокойное лицо на Каталиадиса, внимательно за ним наблюдавшего, и сказал:
- Я согласен принять условия этой сделки. Но прежде я хочу изложить вам то, о чем говорил и попросить вас внести некоторое дополнение в этот договор.
- Слушаю вас, мистер Комптон, - с готовностью кивнул головой адвокат.
Билл быстро, поглядывая на дверь, изложил свою просьбу. Каталиадис внимательно выслушал его, снял очки, протер их белоснежным платком, извлеченным из кармана безупречного черного пиджака, водрузил очки обратно на нос и сказал:
- Мне ясны ваши пожелания. И я готов помочь вам. Но чем вы будете платить, мистер Комптон?
- Всем, что у меня есть, мистер адвокат, - в тон ему ответил Билл. – Моя «жизнь» ценности для вас не представляет, но у меня есть кое-какая собственность – дом в Бон Темпс. Я отдаю его вам, распорядитесь им, как пожелаете. Итак, вы согласны?
Каталиадис, посмотрел на вампира исподлобья, кашлянул, в глазах мелькнул интерес и, возможно что-то похожее на одобрение. Он сказал:
- У вас есть еще кое-что, весьма ценное, что вы можете предложить нам. Созданная вами обширнейшая компьютерная база данных вашего сообщества. Вы передаете ее мне, – я вношу в договор коррективы по вашему желанию. Идет?
Билл много раз чувствовал себя загнанным в угол, но сейчас это был тупик, в котором он стоял, повернувшись лицом к единственно возможному для него варианту выбора, а дороги назад уже просто не существовало. И он безоговорочно принял это.
- Согласен, мистер Каталиадис. И я даже не буду интересоваться, что вы предполагаете сделать с этой базой данных.
Адвокат одобрительно кивнул и сказал:
- И правильно сделаете. Мы в вас не сомневались, мистер Комптон. А теперь слушайте меня внимательно, Билл. И ничему не удивляйтесь, если можете. У нас очень мало времени, а обсудить необходимо многое.
Каталиадис подсел к Биллу ближе и стал быстро говорить.
Слушая адвоката, Билл не сразу осознавал услышанное, лишь сопоставив некоторые мелочи, в голове его стала складываться цельная картинка.

Тысячи окон мегаполиса загорались и гасли, улицы по-прежнему были ярко освещены и оживленны, и эта не затихающая ни днем, ни ночью жизнь большого города, сбивала с толку, не давая возможности проследить наступление рассвета.
Сьюки продрогла, она уже не чувствовала окоченевших босых ног, на которых к тому же, последний час, или больше, лежало большое и очень тяжелое тело Эрика. Но девушка могла думать только об одном – скоро, очень скоро взойдет солнце, а они застряли на этой крыше посредине огромного многолюдного города и каким образом можно с нее выбраться, она и представления не имела.
Она закончила свой рассказ, во время которого Эрик, по-прежнему лежащий головой у нее на коленях, немного повернулся и прижался лицом к ее ногам, обхватив одной рукой талию девушки.
Она говорила и говорила, погрузив пальцы в его волосы, лаская и поглаживая, словно утешая. Когда она закончила рассказывать, Эрик мог немного приподняться и неуклюже, боком привалившись к ней, сел рядом. Он был еще очень слаб, серебро принесло ему больше вреда, чем Сьюки ожидала. Лицо его приблизилось к ее заплаканному, испачканному грязью и кровью, лицу. Он медленно, немного неуверенно погладил ее спутанные волосы. Потом положил руку ей на затылок и притянул к своей груди. Прикосновения его не были нежными, наоборот, он как-то яростно, жадно прикасался к ней. Но Сьюки поняла его и прильнула к его большому, такому сильному всегда и слабому сейчас, холодному словно мрамор, телу. Объятия эти не были по-человечески теплыми, но все же они согревали обоих, давая возможность поверить друг в друга, и в спасение.
Небо окрасилось в светло серый оттенок. Девушка нехотя, оторвалась от Эрика и, дрожа от холода, страха и волнения, сказала, поднимаясь на ноги:
- Вставай. Нам нужно убираться с крыши. Попробуем найти убежище внутри этого здания. Пойдем же, Эрик.
Она обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь, и сказала то, что тревожило ее не меньше, чем ранение Эрика и невозможность покинуть эту злосчастную крышу:
- И знаешь, раз Билл «жив», я должна узнать, что с ним. Я… Я не знаю, что еще должна сделать. Но что-то должна.
Она жалобно, виновато посмотрела на Эрика. И увидела на его лице невозмутимое спокойствие. Он ничего не ответил, но и не возразил.
Вампир, покачиваясь, поднялся на ноги. Он оперся своей большой и твердой рукой о хрупкие плечи девушки и, осмотревшись вокруг, сказал:
- Нет, родная, мы не пойдем внутрь этого здания. Мы вернемся туда, откуда сюда попали. Если нас сейчас ищут, то не в здании. Его уже должны были обыскать. Значит, есть вероятность, что нам удастся спрятаться у них под носом.
- Эрик, ты ума лишился?! – вскричала Сьюки, тыча рукой то ему в грудь, то куда-то в пространство, - Возможно, нас там уже не ждут и не ищут, и я допускаю, что у тебя не бред, и ты знаешь, о чем говоришь. Но как ты туда собираешься добраться?! Тебя же от слабости может ветром унести!
Эрик улыбнулся, глядя прямо перед собой и слушая причитания Сьюки.
- Небоскреб здесь совсем близко, а найти другое место нам уже не успеть. До него я как-нибудь дотяну. И там есть, где спрятаться.
- Одержимый, непредсказуемый безумец – вот ты кто! – слабым голосом сказала Сьюки, едва не плача. И тут же добавила, решительно и гневно: - Я снова хочу тебя убить!
Он издал короткий смешок, крепче прижал ее к себе и вдруг, резко обхватив обеими руками, приподнял над полом. Лицо ее оказалось прямо перед его глазами:
- Как я люблю, когда ты такая – шумная и ругаешься. Когда я нашел тебя, ты только молчала и смотрела огромными, наполненными недоверием и ужасом глазами. А теперь ожила. И спасла меня.
- Это ты спас меня, - она погладила его по голове, по щеке, - А я хотела тебя убить собственными руками. Мне это даже снилось, – она содрогнулась в его руках, вспомнив то, о чем говорила.
Он почувствовал ее трепет. И ласково поцеловал в кончик носа, подбородок, каждую испачканную щеку. Наконец губы его коснулись уголка рта девушки, языком он очень нежно провел по ее нижней губе. Слегка отстранился и посмотрел ей в глаза. Рот Сьюки приоткрылся. Эрик поцеловал ее, настойчивей проникая в ее рот языком. Сьюки заполнило такое невероятное тепло, что она позабыла, где они находятся и что с ними происходит:
- Как я хочу тебя… прямо сейчас…здесь, - шептал Эрик, покрывая поцелуями ее лицо, шею, плечи. – Верь мне, Сьюки.
Он подхватил ее под колени и, не отрывая губ от ее рта, молниеносно прыгнул вниз с крыши.
Сьюки, закрыв глаза, и отдавшись его поцелуям, даже не поняла, что они уже в воздухе.
- Вот что мне было нужно, чтобы силы вернулись ко мне, - прошептал Эрик, - Мне нужна ты.

---

Никогда не следует слишком пренебрегать мнением, отличным от Вашего.
А. Граф.

Добавлено (20.02.2010, 19:31)
---------------------------------------------

Никогда не следует слишком пренебрегать мнением, отличным от Вашего.
А. Граф.

Добавлено (26.02.2010, 21:54)
---------------------------------------------

Цвет её лисьих хвостов
осень в разгаре…
дар свой отдаст за любовь
дочерь Инари**
(автор Кицунэ Миято)

Каталиадис ушел, забрав документы. Он не стал протягивать Биллу руку - не в обычаях сверхъестественных существ было скреплять достигнутых договоренностей рукопожатиями. Но между адвокатом-демоном и вампиром все же возникло что-то походившее на взаимное уважение. Они лишь обменялись красноречивыми взглядами и на том расстались.
По своему состоянию Билл понял, что близится утро. А еще ему показалось, что воздействие магии Касуми стало проходить и к нему возвращаются прежние силы. Не так быстро, как хотелось бы, но он уже чувствовал себя уверенней. И исчезло то ощущение полного безразличия, эмоциональной пустоты, в котором он пребывал все последние недели.
Тем не менее, сейчас в голове стало немного шуметь, тело наливалось тяжестью, движения и реакция замедлялась – требовался немедленный отдых. Но за Биллом никто не приходил, Касуми не появлялась, а Каталиадис удалился, не поведав ничего о дальнейшем развитии событий. Хотя Билл теперь был уверен, что адвокату известно очень многое.
Окон в помещении не было, и Билл был уверен, что находится он сейчас где-то под землей. Не имея возможности что-то предпринять, вампир сел на диван, устало откинул голову на его спинку и закрыл глаза. Он погрузился в странное состояние полусна, когда можно различать происходящее вокруг, что-то слышать, но при этом дремать и даже видеть сны.
Вполне человеческое состояние, подобное уже не раз посещало его за последние дни. Ему даже как-то показалось, что он вновь стал человеком. Нет, конечно, это было невозможно, но все равно, нечто давно забытое вдруг «оживало» в его теле, будило давно забытые ощущения, сбивало с толку. Билл действительно всего лишь «задремал», не отключаясь до конца в тяжелом, глубоком «вампирском» сне.
Комната вдруг раздвинулась, принимая размеры огромного помещения, границы которого исчезали в темноте. Освещение изменилось – вместо яркого света стильных светильников на стенах и под потолком остался лишь направленный на середину луч света, льющийся из невидимого источника. Все остальное погрузилось в полную тьму. А посередине стоял сам Билл. Он видел себя со стороны и в тоже время был самим собой.
Билл не чувствовал себя ни вампиром, ни человеком. Он вообще не знал, кто или что он такое, но мучительно пытался это понять. Пребывая в полном одиночестве, словно подвешенный в пространстве, он отчаянно хотел, чтобы рядом был кто-то, кто подскажет ему нечто важное, что он давно уже хотел знать. Странным было еще и то, что Билл почти не помнил ничего из того, что было с ним прежде.
Он опустил голову вниз и с удивлением увидел, что под ногами его нет пола – там зияла черная пустота, холодная и равнодушная, но странно манящая, притягательная. И что-то удерживало его от того, чтобы разом сорваться и рухнуть в эту пустоту.
Наблюдая себя в этом сне, Билл в реальном мире прекрасно сознавал, что это всего лишь сон, греза и старался прервать это видение, проснувшись окончательно, но не мог. Он попытался приложить непомерное усилие, чтобы открыть глаза, вырваться из той реальности, в которую его погрузил собственный разум. Ничего не выходило – Билл по-прежнему наблюдал за собой, не имеющим опоры под ногами, стоящим во тьме - одинокий под одиноким лучом света. Все будто застыло в ожидании – застыл сон, замерла явь, остановилось время.

Касуми тихо сидела рядом с погруженным в видения Биллом и наблюдала за ним в реальности и во сне.
Все пошло не так, как она задумала. Что-то стало неумолимо разрушаться, что-то из того, в чем она была всегда уверена. Наблюдая за человечеством столетиями, Касуми не стала лучше понимать людей.
Она знала, что внешне ничем не отличается от человека, может лишь тем, что более совершенна и безупречна, чем многие люди. Но внутри ее таилось такое магическое могущество, что человеку не могло и привидеться. Ее боялись и сторонились многие сверхъестественные существа. К тому же сила ее возрастала со временем, грозя достигнуть когда-нибудь запредельной мощи. Это было особенностью всех кицунэ. Принять «дух лисицы» мог не каждый, но принявший его, прошедший это посвящение, становился сверхсуществом, магия которого с годами лишь росла. Говорят, что увидеть истинный облик кицунэ дано далеко не каждому, а Касуми и сама не знала своего истинного облика. Она любила становиться легкой дымкой, туманом и проникать в различные места, растворяясь в пространстве, наблюдая со стороны. Она забавлялась, принимая облик людей и животных, но редко пользовалась этим для достижения каких-то серьезных целей. Разве что в последнее время, когда наблюдала за внучкой непокорного Найла.
Именно тогда она увидела этого вампира, Билла. Касуми предприняла попытку занять на время место в его сознании, но то, что она там ощутила, напугало ее и она стала действовать через других, подбираясь к Сьюки.

Билл показался ей совершенно одиноким, как и она сама. Но потом она ощутила в нем это бесконечно странное для нее чувство – любовь. И к кому! К обычной смертной женщине. Касуми была в смятении, гадая, как могло зародиться в сверхъестественном существе это необъяснимое, не дающее ничего кроме ненужной тревоги, человеческое чувство.
История родителей Касуми началась в те времена, когда люди были подвержены еще большему количеству предрассудков, чем сейчас. Люди были дики и невежественны и особенно ярко они проявляли свое невежество тогда, когда сталкивались с чем-то необъяснимым.
Мать Касуми была бессмертным существом, лисой-оборотнем, демоном, наделенным безграничной силой. Отец же был обычным человеком, крестьянином, но природа наделила его редким для человека даром ясновидения и телепатии. Из-за своего дара он стал изгоем в обществе себе подобных. Но родителям суждено было встретиться, и от их связи родилась она, Касуми.
Вскоре после ее рождения отец был убит толпой разгневанных крестьян, уличивших его в связи с демоном. Уводя толпу безумцев от возлюбленной и дочери, он сам был загнан в угол и погиб. Останки его были сброшены в ущелье. Мать забрала маленькую Касуми и покинула те места навсегда, поселившись на небольшом острове. Она больше не использовала свою магическую силу, лишь, в редких случаях, прибегая к ней, когда это необходимо было для выживания.
Касуми выросла, и мать рассказала ей историю ее появления на свет. Девушка не поняла собственной матери, которая предпочла после смерти отца просто удалиться в добровольное изгнание, не отомстив ничтожным диким людям за его убийство. А отец вызвал у нее недоумение – как можно было позволить убить себя, обладая даром ясновидения? Касуми прониклась презрением к расе людей, и со временем это чувство в ней лишь окрепло. И уж тем более непонятным для нее осталось то, что заставляло наполняться глаза матери бескрайней грустью при редких упоминаниях имени отца. Что вообще такое могло их связывать. Касуми не понимала сочетания слов, однажды услышанных от матери - истинная любовь.
Не понимала, пока прожив столетия, не увидела странного, не похожего на других вампира. Этого вполне обычного вампира, покорного примитивной жажде крови, дающей ему возможность существовать. Касуми считала обычных, обращенных вампиров рабами, слабыми и зависимыми. Но они были наделены своей особой силой, такой притягательной и непонятной для нее – они были очень близки людям по своей природе, ведь все они когда-то и были людьми.
Эта двойственная природа очень интересовала Касуми. Она тоже обладала способностями вампира – она могла пить кровь и питаться энергией людей и других существ, но она не была рабой этих способностей, скорее они были ее верными слугами. И девушка никогда не вспоминала о той частице человека, что в ней была.
Демон давно подавил в ней человеческое, чувственное, эмоциональное начало. Тем не менее, она стала мечтать о том, чтобы объединить сверхъестественное с миром людей, перемешав расы и создав один единый мир.
Билл заставил ее смутиться, растеряться. Она наблюдала за ним, но не хотела больше заглядывать в его сознание, наполненное лишь мыслями о женщине по имени Сьюки Стакхаус, которая к тому же была правнучкой фэйри Найла. Того самого Найла, который мог бы помочь Касуми в осуществлении ее планов, так как обладал великой силой – магией древних фэйри и был хранителем многих тайн. Эти тайны не давали Касуми покоя. Когда-то она и Найл уже встречались, и между ними возникло нечто, напоминающее влечение, страсть. Все было недолговечным, а они были слишком разными, и их пути разошлись.
Воплощая шаг за шагом свой план сегодня, Касуми похитила внучку Найла. Она надеялась на то, что Сьюки является его уязвимым местом, ведь именно привязанность делает всех слабыми. И из-за этого Найл вынужден будет пойти навстречу Касуми, поделится с ней своими знаниями и поможет воплотить ее идею. Она смотрела и на Найла и на Сьюки, да и на всех, кто невольно оказался завязанным в этих событиях лишь как на пешки в ее игре.
Это был такой удачный шанс! И идеальное место для осуществления всего задуманного – Япония, ее древняя родина. Именно здесь должно все случиться.
Но Касуми продолжала «чувствовать» Билла, его страсть и нечто такое, что делало его готовым на все ради этой смертной. Это чувство обезоруживало его, делало слабым и покорным судьбе, заставляло совершать безрассудные поступки, лишь бы вновь быть с ней, с этой Сьюки.
И Касуми впервые в жизни почувствовала зависть, ощутив на миг всю глубину эмоций Билла. Она впервые задалась вопросом – что же это такое, ради чего пошел на смерть ее отец, угасла ее мать, не сумев смириться с гибелью отца, и добровольно отказавшись от своей силы. Что это за сила доступная простым людям и недоступная ей? Что это такое, что делает людей такими слабыми и такими сильными, такими счастливыми и такими несчастными? Что-то зародилось в глубине ее естества, разбудив новые ощущения, незнакомые и странно волнующие. Человек в Касуми впервые пробудился от векового сна.
Но как же она устала жить, постоянно маскируясь и пряча свою истинную природу! В те минуты, когда ее никто не видел, она становилась такой, какой и являлась на самом деле - одиноким существом, будто заблудившимся в чужом мире, который никак не хотел становиться для нее родным и более понятным. Она столетиями металась по разным мирам, ища свой, способный принять ее вот такую – совершенную в своей магической силе, способную нести и зло, и добро. Но за все минувшие столетия ей не удалось понять, что же она более всего - свет или тьма. А сама Касуми выбор делать отказалась, она просто пользовалась своей силой, строила планы, где отводила себе главенствующую роль, но так и не обрела понимание самой себя.
Поначалу она решила просто выкрасть Сьюки, сымитировав ее гибель, и тем самым лишить Найла привязанности в человеческом мире. Тогда у него не осталось бы причины так "бережно" относиться к нерушимости мира людей – ведь все самое ценное для него исчезло бы из этого мира. А после осуществления ее плана, она бы вернула ему внучку, здоровую и невредимую, в доказательство того, что не собирается нарушать ничтожное существование человеческих существ, а, наоборот, дарует им свою милость и покровительство. Но, получив известие о гибели внучки, Найл остался тверд, как скала в своем решении. Тогда, спустя некоторое время, Касуми известила Найла, что его внучка жива, понадеявшись, что уж теперь-то тот сам явится за ней, и вынужден будет дать согласие.
План не сработал; Найл укрылся в своем измерении и навсегда запечатал порталы в него, бросив внучку на произвол судьбы и на злую волю Касуми
Касуми же, не получив в союзники фэйри, решила воплотить свой план самостоятельно.
Она наняла адвоката-демона Каталиадиса, который был хорошо осведомлен о делах и жизни Сьюки Стакхаус, Билла Комптона и всего вампирского сообщества и принадлежал к расе поддержавших ее демонов. Она возложила на него организацию всего, на что сама не пожелала отвлекаться.
Но так сложилось или иначе, а именно сейчас для нее должно было многое решиться.
Касуми поднесла руку к лицу погруженного в видения Билла и погладила его бледный лоб, провела пальцем по переносице, коснулась его холодных губ. Она вспомнила, как эти губы целовали ее, и как ей в тот миг казалось, что он дарит свои ласки искренне, не находясь под действием ее чар. Но она не обманывалась в этом – он, как и многие до него, поддался именно ее чарам. К ней самой он не чувствовал абсолютно ничего. Впервые за всю долгую жизнь ей стало больно от этой мысли.
Произошло совершенно непредвиденное и невероятное – она полюбила. Но любовь эта не была взаимной. И осознание этого становилось порой совсем невыносимым и разрывало ее человеческое сердце.
Но она все равно должна была это сделать. Таков был уговор.
Касуми поднялась с дивана и встала перед Биллом. Воздух вокруг ее стал дрожать и переливаться, подобно водной глади, а сама девушка становилась прозрачной, словно таяла в воздухе…

Билл видел, как из темноты в его видении к нему движется силуэт Касуми. Вся ее фигура светилась мягким сиянием.
Она приблизилась к нему, раскинула руки в стороны. Белые одежды ее колыхались, подобно туману.
- Пришло время понять, что ты хочешь, Билл, – произнесла Касуми. Голос ее был печален и едва слышен, – Ты готов?
- Не знаю, - с удивлением услышал вампир свой голос.
- Решай сейчас. Там – твое прошлое, твоя прежняя жизнь, - сказала Касуми, указав вверх, туда, откуда лился одинокий луч света. – А там – может быть твое будущее, – она указала вниз, на темную бездну под его ногами. – Куда ты отправишься, Билл?
- Но там темнота и мрак, - растерянно сказал Билл, глядя во тьму под собой, - Я не хочу туда.
- Там нет темноты, Билл. Там только неизвестность. То, что пока сокрыто от нас. Но если ты пойдешь вперед, дальше, ты скоро все узнаешь.
- Ты знаешь, что меня ждет там? – спросил Билл Касуми.
- Нет. Я ничего не знаю. Но могу помочь тебе все узнать. Я пойду туда с тобой, – ответила девушка-туман.
Билл молча протянул ей руку, и они рухнули вниз, в темную бездну. Но что было удивительно - он больше не чувствовал себя одиноким.

Добавлено (26.02.2010, 21:56)
---------------------------------------------

Добавлено (26.02.2010, 23:09)
---------------------------------------------

Никогда не следует слишком пренебрегать мнением, отличным от Вашего.
А. Граф.